Цитаты по тегу чудовища, монстры

The flames lick at my feet
Their hearts full of hate
What they don't understand, they condemn
What they can't comprehend must meet its end.
          

    
              Пламя лижет мои ноги,
Сердца их полны ненависти.
То, что они не понимают, они осуждают,
То, что они не способны понять, должно встретить свой конец.
— Что это за нафиг?... Ты кто такой?!
— А ты кто?
— А она кто?
— А вы кто такие, а?!
— Так, что за чертовщина... /оказывается сбит упавшей сверху Бетани/
— Ой, мамочки! Нет! Я за такое в суд подам!
— Слезь с меня...
— А что у меня с голосом?!
— Слезь, ты меня раздавишь...
— А где это я?
— Отцепись!... Что случилось?! Что со мной? А где всё моё остальное... И что на спине? Что там?
— Господи... Фридж?
— Я-то Фридж, а ты кто?
— Я Спенсер.
— Что? Что ещё за конь ты в пальто?! А?
— Кажется... мы в игре.
— Что, прости?
— Что ты такое говоришь?
— Нас как-то... Не знаю, как!... но... как бы... засосало в игру. И мы стали нашими аватарами. Я — это Спенсер. Но здесь я стал доктором Смолдером Брэйвстоуном.
— /минута осознания/ То есть ты — это Спенсер?
— Да! Да, да! Да, я он. Да, Фридж, я Спенсер, а ты, ты — «лось» Финбар! У тебя на жилете написано. А ты... Марта?
— Да.
— Ты — Руби Раундхаус. А Бетани... ты... профессор Шелли Оберон.
— ...
— А «Шелли» — это сокращённо от «Шелдон».
— Я вас не понимаю.
— Боже мой...
— Вот.
— Угу, мужской вариант. А покрутитесь-ка...
— А не покрутить кулаком у вашего носа?
— О чём вы?
— Элементарная угроза!
— А, вы будете делать вот так?
— Нет, врежу по носу.
— Так бы и выразились... Что за капризы, вы как ребёнок!
— Так, надо лечить. Я вам выпишу напьявление, и вы будете привозить фефочку ко мне ва йяза в нефелю.
— Куда?
— На улицу Койкого.
— Койково — это куда? У Вас что, подпольный кабинет?
— Почему потфольный кабинет? Какой потфольный кабинет? Это поликлиника.
— Ну я понимаю поликлиника. Поликлиника находится на улице...
— Улица кой-кого.
— Улица имеет имя?
— Имеет. Максима...
— Горького.
— А, Горького...
— Правильно, улица писателя Максима Кой-ко-го!
— Это и есть трагедия?
— Трагедия, моя юная леди, это когда благородное искусство, предлагающее символическое видение мира и основанное на взаимодействии написанного текста и индивидуальности актёра, мысль и живая жизнь сплетаются в особом ритуале, благодаря которому человеческий дух поднимается на небывалые высоты трансцендентальной святости. Поняла, девочка моя?
— Нет.
Индейнир — тот еще фрукт, правда? Я всегда считал его полудурком. Говорят, что «Зеленый Лес» у него в крови, но большей части его поступков я просто не понимаю. Впрочем, в последнее время я понял, как нам повезло, что он с нами.
— Знаешь, с тобой было очень весело, но теперь тебе пора уходить.
— Я понимаю. Твой отец не любил тебя, и ты думаешь, что никто не полюбит. Поэтому ты гипнотизируешь или подчиняешь людей, или пытаешься купить их! Но ничего не выходит. Тебя не любят, потому что ты не пытаешься понять людей.
Странные мы существа: если мы чего-то не понимаем, нас это бесит. Нам обязательно нужно навешать на все ярлыки, разложить все по полочкам, все объяснить. Даже то, что по природе своей необъяснимо. Даже Господа Бога.
Загрузить еще